Илья Сорокин

Могу сыграть «К Элизе» Бетховена, надо только потренироваться.

Если бы КХЛ давала приз за скромность, то последние несколько лет борьбы за этот трофей точно не было бы. Два года назад Илья Сорокин приехал в Москву в качестве третьего вратаря ЦСКА. Предполагалось, что он поиграет в ВХЛ, подрастет и сможет постепенно дойти до КХЛ. Однако в сезоне-2015/16 Сорокин вытеснил из основного состава Виктора Фаста и Станислава Галимова и к концу года уже был первым номером армейцев.

Параллельно Илья стал регулярно приглашаться в сборную России. Сейчас ни ЦСКА, ни национальную команду представить без Сорокина невозможно, но он по-прежнему скромен, приветлив и отводит глаза, когда его называют звездой. В преддверии чемпионата мира 21-летний голкипер, который начинает ЧМ-2017 в качестве дублера Андрея Василевского, дал интервью корреспонденту агентства «Р-Спорт» Александру Рогулеву.

 

Интересно, что произойдет с ЦСКА

— Статус второго вратаря сборной вас не обидел? Все думали, у вас будет конкуренция с Василевским.

— Нет, конечно, наоборот. Чемпионат мира — большой турнир, в таких ставка всегда делается на одного вратаря. Два остальных должны быть готовы в любой момент выйти, поддержать, помочь основному голкиперу. Ничего страшного в статусе второго или третьего номера нет. Надо радоваться, что я вообще сюда попал и имею шанс сыграть (на ЧМ).

— Вы же с Василевским особо не пересекались раньше?

— Да, мы здесь только познакомились. Вася – отличный парень! Он перед интервью попросил меня сильно его не травить, так что передаю ему привет.

— Неужели эти два года, за которые вы выросли в одного из лучших вратарей лиги, вас никак не изменили?

— А как бы они могли меня изменить? Каждый день я делаю то, что делал вчера. Для меня каждая игра как последняя, подготовку я никогда не менял.

— Чувствуете себя 21-летним? У нас, журналистов, такое ощущение, что вам все 30, не меньше.

— Ха-ха, со стороны виднее, наверное. Но я себя ощущаю молодым, ровно на 21 год и ощущаю.

— Готовы к переменам, которые произошли в ЦСКА 1 мая?

— Самому интересно, что будет. Сам в предвкушении следующего сезона. Дело в том, что как только сезон в ЦСКА закончился, я переключился на сборную. Вот закончится чемпионат мира, буду вспоминать, где играю.

— В ЦСКА переезжает Капризов. Вы большие друзья?

— Конечно. Мы познакомились, когда мне было лет 12. Он был на два класса младше, со школы эта дружба идет. Посмотрим, нужна ли ему будет помощь в ЦСКА. Если нужно будет что-то показать, я покажу. Но он парень способный, быстро ко всему привыкнет.

Ценю, что у меня есть

— Вы же родились в Междуреченске? Выбор там для мужчины небольшой – или шахтер, или куда-нибудь уезжать учиться?

— Да, Междуреченск очень маленький, шахтерский город. Там одни шахты и автобазы. Дед у меня шахтер, а папа работает на автобазе, поэтому дорожка была выстроена. Но как получилось бы, не попади я в хоккей, никто не знает.

— В шахте были?

— Нет, ни разу не спускался, только на автобазе у отца был. Вы же понимаете, насколько это тяжелый труд. Дед рассказывал, что даже если с проверкой спускаешься в шахту, возвращаешься весь черный, в угольной пыли. Особо историй у меня нет, но люди действительно делают большое дело.

— В хоккее работа, получается, не такая тяжелая?

— Знаете, отвечу так: я ценю, что у меня есть.

— Вы же и музыкой в детстве занимались параллельно с хоккеем. На трубе играли?

— На пианино. Кажется, я даже сейчас смогу что-нибудь сыграть, если чуть-чуть потренироваться. «К Элизе» Бетховена, например, но в лучшем случае пятую часть, не больше.

— Классическая музыка помогает готовиться к играм?

— Любая помогает, я слушаю все подряд, не только классику.

— Я слышал, что вы читаете чуть ли не больше всех в ЦСКА. Что у вас сейчас с собой?

— Книга по психологии, я ее уже давно читаю. «Игры, в которые играют люди» доктора Эрика Берна. Очень интересно. Меня всегда интересовала психология людей, их отношений с другими. Стараюсь изучить, потому что в жизни это в любом случае пригодится.

— Вы же, кажется, в Новокузнецке с психологом занимались?

— Да, Ирина Леонидовна, я еще со школы с ней общаюсь. Это не потому что есть какие-то проблемы, просто общение помогает развиваться самому. Я рассматриваю это как саморазвитие. Мне психолога посоветовал мой тренер, Николай Александрович Мишин, с тех пор мы регулярно разговариваем, в том числе и сейчас, по скайпу. Мне это помогает.

— Помогает справляться с ролью первого вратаря ЦСКА?

— Ну, это уже вы сказали. Я просто говорю: «Мне это помогает».

Меняйся или умри

— У вас еще год контракта в ЦСКА, но за «Айлендерс» (выбрал Сорокина под общим 78-м номером на драфте НХЛ в 2014 году) следите?

— Не только за «Айлендерс», но и вообще за НХЛ. Правда, ограничиваюсь просмотром обзоров игр, где выступают наши ребята, знакомые. Хайлайты смотрю каждый день, а на большее времени не хватает. Смысл сейчас об НХЛ говорить? Я же в КХЛ играю.

— В НХЛ придется сильно перестраивать свою игру, готовы к этому?

— Меняйся или умри – так же говорят? Хороший принцип. Но, в целом, посмотрим, как пойдет. Не хочу загадывать.

— Хоккей у ЦСКА действительно ужасный, как говорил Никита Кучеров?

— Мне все нравилось, не знаю. Дмитрий Квартальнов много дал и ЦСКА, и мне лично. Именно он дал мне шанс закрепиться в КХЛ, и я это никогда не забуду.

— ЦСКА каждый год лучший в «регулярке», но в плей-офф что-то с командой происходило. Что именно?

— Знал бы, возможно, у нас бы это не повторялось. Поражения воспринимаются очень тяжело, но в спорте без них никуда, приходится мириться. Пару дней посидишь, все проанализируешь и стараешься концентрироваться на будущем, жить дальше.

— И что можно сказать по серии с «Локомотивом» после этого анализа?

— Да там не по серии нужно говорить, а по всему плей-офф. Но это нюансы, которых я касаться пока не хочу.

Р-Спорт

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *